Игра в слова с Рене Магриттом

Наверняка, вы замечали: смотря на изображения, мы видим нарисованные предметы такими, как они есть, но как только появляется текст — заголовок или комментарий — изображение воспринимается по-другому. Предмет остается неизменным, но мы начинаем видеть в нем нечто новое. Наше восприятие постоянно играет с нами в игры. Связь предметов, их изображений и названий — центральная тема творчества бельгийского художника-сюрреалиста Рене Магритта.

В 1929 году художник создал картину «Предательство изображений» (другой перевод «La trahison des images» — «Вероломство образов»), на которой изображена курительная трубка с подписью «Это не трубка». В этот момент художник пригласил зрителей в необычную игру восприятия и воображения.

«Предательство изображений», Рене Магритт, 1929

В отличие от других художников сюрреалистической школы, стиль Магритта очень реалистичен — но это сделано только для того, чтобы подрывать уверенность зрителей в том, что они видят, и в наших знаниях о внешнем мире. Как говорил сам художник:

«Мы видим мир как находящийся вне нас, хотя на самом деле это только ментальное представление о нем, которое мы переживаем внутри себя».

Рене Магритт, лекция «Линия жизни»

Во «Втором сюрреалистическом манифесте» (Second Surrealist Manifesto) 1924 года была публикация Рене Магритта «Слова и картинки» — 18 рисунков, каждый из которых иллюстрирует трехстороннюю связь со словом и «реальностью». Мне удалось найти сканированную копию этой публикации:

Я сравнил бы этот иллюстрированный текст с комиксом — это повествование, связанное в одну историю. Но в отличие от комиксов это не развлекательная история, а история-загадка (загаданная сто лет назад). Попробуем ее разгадать и поиграем с Рене Магриттом в слова.

Слова и объекты (Les Mots et Les Images)

Объект не настолько привязан к своему названию, чтобы невозможно было найти для него другое — более подходящее

Слово «le canon» обычно переводится как «пистолет, пушка, ствол». Это слово будет встречаться в других рисунках, поэтому скорее всего, это игра смыслов. Например, это слово можно перевести и понимать как «канон» — правило, стандарт, например, стандарт красоты или стандарт восприятия. Зная творчество Магритта, мы ищем глубокого, абстрактного смысла, нежели прямого. Поэтому «канон» здесь и далее, можно понимать как стандарт восприятия, который художник стремится разрушить или обыграть.

Есть объекты, которые обходятся без названия

По-французски гребную лодку называют canot (канот), поэтому возможно здесь продолжается игра слов. Еще я заметил, что лодка визуально напоминает лист на предыдущем рисунке.

Иногда слово служит только для обозначения самого себя

«Ciel» — это небо, но также и оттенок в геральдике, также называемый — небесно-голубой. Вновь игра смыслов и повод для размышлений.

Объект встречается со своим изображением, объекты — со своими названиями. Иногда изображение и название объекта встречаются друг с другом

Если убрать подпись, то мы не каждый увидит рисунок леса. Мы можем увидеть линии, штрихи, скалы, потоки воды, волокна ткани под микроскопом и многое другое, что позволит воображение. Но слова ограничивают воображение и указывают на конкретный объект.

Еще одна особенность подписей к рисункам Магритта, которая обращает на себя внимание, — это представление картин как активных субъектов, как живых сущностей. Идея встречается и у других творцов. Самый очевидный пример — оживший портрет Дориана Грея. Еще один интересный взгляд на проблему предложил У. Дж. Митчелл в эссе «Чего на самом деле хотят картинки?«, рассуждая от лица картины.

Иногда название объекта занимает место изображения

Рука, ящик и камень — что значат эти объекты? И камень ли это? Положение кисти показалось мне похожим на то, как человек держит пистолет. И возвращаясь к слову «canon», предположу, что так Магритт показал, что на месте «канона» по стереотипному восприятию может быть как раз пистолет.

Слово может заменить объект в реальности

Дама говорит «солнце» или «солнечный свет», — художник обыгрывает многозначные слова. В русском языке это мог быть «ключ» (дверной, родник, гаечный или скрипичный), который не расшифровать без дополнительных уточнений или деталей.

Изображение может заменить слово в предложении

Магритт как будто смотрел в будущее и видел функцию автозамены эмодзи слов в предложениях, которая никого не удивляет сегодня. Заглянем еще дальше в будущее: не заменят ли картинки слова полностью? И насколько это изменит общение людей?

Предполагается, что за объектом стоят другие объекты

Еще один возможный перевод (сложноватая грамматическая конструкция для моего знания французского) — «Объект может предполагать, что за ним стоят другие объекты». Снова оживляющий предметы и картины контекст. Зрителю сразу становится интересно, что же скрывается за кирпичной стеной. Когда мы просто видим стену, это скучно. Когда мы вдруг узнаём, что за ней что-то есть, нам становится интереснее… Сработала «кнопка запуска» воображения.

Все заставляет нас считать, что между объектом и тем, что его представляет, существует небольшая связь.

Реальный объект и представление об объекте Магритт нарисовал одинаковыми. И подписью закрепил существование связи между реальностью и нашими представлениями о ней. Но оставил поле для раздумий, написав «небольшая связь». Игра продолжается: ничему нельзя верить на 100%.

Слова, которые служат для обозначения двух разных объектов, не показывают, чем эти объекты отличаются друг от друга

Этот рисунок я так и нес мог расшифровать без дополнительного расследования. Что объединяет человека с потерей памяти и женское тело? Какое слово спрятал в этом ребусе Магритт? Оказалось, что это слово «сюрреалистический» — на французском языке оно может обозначать и «человека с потерей памяти», и «женское тело». Бред? Нет — сюрреализм!

В картине слова имеют ту же сущность, что и изображения

Именно так, слова могут быть картинами (леттеринг), а картины могут состоять из слов. Сегодня это уже не кажется сюрреалистичным.

Мы по-разному воспринимаем слова и изображения на картине

Наблюдение художника подтверждает наука — наш мозг гораздо быстрее воспринимает картинки, чем слова. Наличие слов на картинке задействует другие участки сознания, и в контекст изображения включаются дополнительные смыслы. Оно пересматривается мозгом заново, анализируется с учетом новой текстовой информации.

Любая фигура может заменить изображение объекта

Здесь художник обращается к способности изображений становиться символами. Например, привычное нам сердечко сегодня символизирует любовь. Но сходства с реальным сердцем у этой картинки очень далекое, и любовь — это абстрактное понятие, которое нельзя изобразить одной картинкой. Просто люди условились, что этот значок будет символом этого понятия. В других культурах или сообществах другие символы. Равно как и слова: любым словом можно назвать любой предмет, если условиться об этом заранее.

Объект никогда не служит той же цели, что и его имя или изображение

Мы видим лошадь, рисунок лошади и слово. Это одно и то же? Да и нет. Размышления о равенстве и различиях предметов и их репрезентаций оформились в концептуальное искусство (спустя 50 лет). Посмотрите самую известную работу Джозефа Кошута «Один и три стула«. Суть в том, чтобы показать: искусство — это идея, а не материальная форма. Или в более широком смысле — красоту можно увидеть где и в чем угодно, все зависит от зрителя или от того, сможет ли убедить художник зрителя в красоте чего-либо.

Магритт мог обратить наше внимание на то, что смысл, значение или цель произведения искусства определяются произвольно автором и зрителем. К примеру, самая известная картина мира Мона Лиза стала ценной и значимой только после похищения, до этого же ей не придавали такого значения. Или жвачка знаменитого тренера, проданная на аукционе за несколько тысяч фунтов стерлингов.

По большому счету, эта особенность наделять смыслом и ценностью окружающие предметы и явления, сегодня является основой экономики. Чаще всего мы продаем и покупаем предметы не за то, что они служат конкретной цели, а за ту ценность, которую видим в них. Меня например, очень поразили идеи Р. Талера, за которые он получил Нобелевскую премию в 2017 году, о том, как и почему мы покупаем то, что покупаем.

Иногда видимые контуры предметов в реальной жизни касаются друг друга и образуют мозаику

Вновь возвращаемся к зрительному восприятию и иллюзиям, которые подметил сюрреалист.

Нечетким фигурам также необходимо значение, как и идеальным фигурам, уточняющим их

С помощью образов художник обращает наше внимание на потенциал речи: оттенки смыслов и богатство речи должны помогать описывать все многообразие окружающих предметов и явлений. Стандартизация — приведение к идеальным формам и игнорирование неидеальных — обедняет и речь, и восприятие, и искусство.

Иногда названия на картинке обозначают конкретные вещи, а изображения — неопределенные.

Два последних изображения исследуют связь конкретного и абстрактного. Когда одно проясняет другое, или наоборот «выталкивает» из области привычного.

Или наоборот

Философский «комикс» Рене Магритта помогает лучше понять его творчество, творчество сюрреалистов и концептуальное искусство. А если посмотреть шире, то это размышления о ценностях, красоте, о реальности и вымыслах, стандартах и воображении, рамках восприятия и свободе.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s